Нет власти – нет прессы

Автор: Максим Равреба

Президент призвал журналистов демонстрировать социально весомую информацию и не допустить, чтобы на смену «темникам» пришла цензура денег. Юлия Тимошенко высказалась в том смысле, что если бы не политика, то стала бы журналисткой. Спикер Яценюк пожелал морального и материального удовлетворения.

Ющенко больше всех пострадал от информационной войны, которую объявил ему «режим Кучмы». Ее ядовитые разрывы до сих пор читаются на его лице, в чем «неожиданно» для всех прилюдно усомнился бывший кум и друг Президента Давид Жвания. Юлии Тимошенко (которая от прессы пострадала не меньше, хотя и не так заметно) я бы не поверил. Она как всегда под влиянием собственной харизмы. Не могла она стать журналисткой. Ибо в то время, когда молодой человек выбирает профессию, ей более хлеба «борзописца» понравился «газовый пирог». Дело нехитрое, но умения все же требует.

Что касается спикера Яценюка, то, как говорила Мэри Поппинс мистеру Эй, он еще недостаточно расстался с детством, чтобы снова встретиться с ним. Ибо журналисты пока еще не воспринимают его пожелания всерьез. Впрочем, кажется, не только журналисты.

По форме же никаких особых различий не последовало, в отличие от предыдущих лет. Правда, Леонид Кучма не приглашал «акул пера» в боулинг-клубы, но избранные представители четвертой власти и при нем, и сейчас обильно кормились и поились возле праздничных столов. Награждались почетными званиями и ценными подарками.

Говорят, что показатель стабильной и развитой демократии – это свободная пресса. Виктор Ющенко сдержал свое обещание. «Темников» больше нет. За критику власти никто никого не преследует. В кабинете Главы государства больше не ругают авторов статей и телевизионных сюжетов. Не грозят «выбросить в Чечню». Но стала ли от этого лучше пресса?

Нет. Не стала. На смену бумажным «темникам» пришли «золотые». О них тоже вспомнил в своем поздравлении Виктор Ющенко. СМИ из «универсальных» превратились в «корпоративные». А, значит, усилились тенденции монополизации украинских масс-медиа. Профессия журналиста умирает. Умирает тяжело и в мучениях. Вышвырнули с телеканала «Интер» в мае 2007 года около тысячи сотрудников. И коллеги смолчали. И смолчала власть. Значит, они разделяют ответственность за это беззаконие.

Новости перестали быть информативными. Они, особенно эта тенденция ярко проявляется на телевидении, перестали информировать о событиях. Напротив, они превратились в жанровые зарисовки, из которых ничего не понятно. Где молодые, малообразованные щелкоперы рассказывают взрослой, опытной аудитории о событиях, значения которых они не понимают.

Президент требует от прессы социально значимых материалов. Но кто их создаст, если сегодня «старая гвардия» журналистов выброшена за пределы крупных телеканалов, а молодые, недавно приехавшие из сел, областных и районных центров, ошарашенные Киевом, до конца не понимают своих мотивов. А старые и маститые, которым не нравится нищенская зарплата, наводнили своими «золотыми кудрями» кулуары Верховной Рады, которая и сама по степени влияния на государство достигла вещевого рынка «Седьмой километр» под Одессой.

И самое главное, что не дает покоя средь этого «шумного бала». Праздновать-то нечего. Нет в Украине власти. Нет и прессы. Потому что пресса – это отражение власти. Нет публикации, которая способна была бы вызвать скандал. А общество, привыкшее к тому, что СМИ кому-то принадлежат и отрабатывают чьи-то деньги, не слушают журналистов. Даже самые громкие материалы – информация о наглом поведении Андрея Викторовича Ющенко, побеге из-под стражи молодого мажора Калиновского, «взятии Генпрокуратуры» спецназом Цушко, «дело Рудьковского», «фосфорный поезд», драка министра внутренних дел с мэром Киева, «хатынки» наших «можновладців», подозрение Леонида Черновецкого в коррупции – не тронули никого.

Ни одной отставки, ни одного уголовного дела. Ничего. Потому что во власти хаос. Президент и премьер ведут открытую войну. Каждая политическая сила ведет свою собственную линию, и никто не хочет отступать. Печерск наводнен «агентами влияния», каждый из которых завербован несколькими иностранными разведками, включая маоистский Непал и западноафриканский фронт Полисарио.

Именно их хозяева и производят периодически тот фурор, который, по идее, должны вызывать «социально значимые публикации» представителей четвертой власти. И такой звонок уже прозвучал. А звучание до боли напомнило зловещие тени прошлого.

Смотрите, кто пришел! Комитет министров Совета Европы вдруг озаботился расследованием убийства журналиста Георгия Гонгадзе. Читаю: «Несмотря на осуждение трех офицеров милиции – исполнителей преступления, Комитет министров требует от украинской власти «осуществить все необходимые шаги для выявления и осуждения заказчиков и организаторов убийства. Комитет министров Совета Европы также утвердил решение каждые шесть месяцев рассматривать ситуацию с расследованием дела Гонгадзе на встречах Комитета, посвященных соблюдению прав человека».

Украинская власть отмахивается от надоедливых еврочиновников. Не замечает их. Или делает вид, что не замечает. Тем не менее, для украинской власти подобная резолюция должна быть чем-то равнозначным сигналу тревоги.

В 2000 году тогдашний Президент Кучма не обратил внимание на возникший как будто ниоткуда скандал вокруг исчезновения украинского журналиста Георгия Гонгадзе. 16 сентября основатель издания «Украинская правда» исчез. 2 ноября было найдено «таращанское тело» без головы. А уже 28 ноября Александр Мороз презентовал в здании Верховной Рады «пленки Мельниченко» с записями разговоров в Администрации Президента. На сегодняшний день – это самые знаменитые пленки 21 века.

Скандалы были до «кассетного» и после. В 1999-м это был скандал вокруг золотовалютных резервов НБУ. В 2002-м – «кольчужный» скандал. И всякий раз громкое событие оборачивалось тем, что его причины якобы оказывались несостоятельными. Обвинители ничего не могли доказать. Не доказали фактов занижения Национальным банком Украины золотовалютных резервов с целью получить кредиты МВФ. Не доказали связь убийства журналиста Гонгадзе с голосом на пленке, который был похож на голос Президента Кучмы. Впрочем, этот голос не отдавал приказ убить журналиста. США признали, что «не обнаружили» в Ираке комплексов ПВО «Кольчуга». Имидж Украины чист? Но почему же все время сохранялось ощущение того, что своей цели организаторы скандалов добивались?

Совпадения? В случае с НБУ обвинения прекратились, а Виктор Ющенко был назначен главой правительства. Но кредитов МВФ Киев больше не видел. Затем был «кассетный скандал». Мы не знаем до сих пор, один действовал бывший майор Мельниченко или с сообщниками-организаторами прослушки кабинета Главы Украинского государства. Но я снова вижу совпадения. Я исхожу из слов экс-президента Кучмы, который намекнул, что «кассетный скандал» был организован с тем, чтобы вызвать его отставку. И привести к власти (согласно Конституции) премьер-министра (Виктор Ющенко). Но подавать в отставку Леонид Кучма не стал. На это решение не смогли повлиять ни акции «Україна без Кучми», ни попытка восстания «Повстань, Україно!».

Таким образом, организаторы смены власти в Украине поняли, что план «А» не сработал. А Леонид Кучма нанес ответный удар, организовав с помощью своих сторонников в Верховной Раде увольнение «регента» – премьер-министра Виктора Ющенко. Вот тогда и начал осуществляться план «Б», заключающийся в организации международной изоляции действующего Президента. Именно в сентябре 2002 года и возник «кольчужный скандал». В ходе которого, базируясь на тех же «пленках Мельниченко», Вашингтон намекнул, что Леонид Кучма лично «не возражал» против продажи хусейновскому Ираку мобильных комплексов ПВО «Кольчуга».

Последним в каденции Кучмы стал «скандал о фальсификациях результатов выборов». Но он потерялся в хаосе оранжевой революции. Когда половина страны, охваченная массовой истерией и эйфорией, решила, что Виктор Ющенко ДОЛЖЕН стать Президентом Украины. И стал. Кстати, «скандал о фальсификациях» прекратился сам собой. Начиная с решения суда, который вынужден был констатировать странную вещь. Что невозможно выяснить, были фальсификации или нет.

В итоге власть в Украине сменилась. Сменился курс, вектор движения. Не учли, правда, «украинского фактора». «Эффект дракона», когда Ющенко незаметно превратился в Кучму, Балога  – в Медведчука, Тимошенко – в Ющенко, Кучма – в Оле Лукойе, Турчинов – в болотную выпь, Янукович – в темный бугор посреди трясины – то ли коряга, то ли крокодил. Того и гляди, схватит и утянет в тину неосторожного бютовца. Из-за чего количество «коалициантов» снизится до ста, но Президент, верный писаным и неписаным соглашениям, скажет, что «коалиция будет жить». И этот посыл до странного точно, слово в слово повторит молодой спикер Верховной Рады.

Россия с глубочайшим спокойствием ожидает, когда стоимость нефти и газа для Украины вырастет до цены черной икры и киевские горе-политики понуро, как колония муравьев, потянутся с Печерского холма на Боровицкий. Киеву, с точки зрения Кремля, никуда не деться. И там совершенно правы. На еще одном холме земшара – Капитолийском – это чувствуют. И ничего не могут сделать. Мешают пыльные улицы Багдада, Басры и Тикрита, афганская пустыня Регистан, где увязла по самые каски американская армия. Мешает финансовый кризис, разоряющий «среднего американца» и «облегчающий» доллар. Мешает затратная экономика, пожирающая львиную долю мирового экспорта энергоносителей. Мешает растущий бюджетный дефицит, для исчисления которого вскоре придумают новую величину – «бушиллион».

Чем дальше, тем больше я понимаю, что настоящая власть в Украине принадлежит ни первой, и уж точно ни четвертой власти. Это грустно, но это факт. А «золотые темники», которые сегодня отрабатывают журналисты СМИ-корпораций, – это отражение не отечественной власти, а иной. Тоже золотой. «Золотого миллиарда», который сегодня не то борется за наследство СССР, не то готовится к грядущим катаклизмам, вызванным хищническим отношением к невозобновляемым энергоресурсам.

На окраине одного из таун-хаузов, окружающих ныне крупные украинские города, – маленькое забытое кладбище. На его краю по пояс в свежевыкопанной могиле стоит некто, напоминающий внешностью и голосом главу первой власти. В его руках – череп, углом лица, формой нижней челюсти говорящий о том, что принадлежит представителю власти четвертой. Когда-то это был веселый шут, катавший на своем горбатом загривке юного принца – будущего короля.

– Бедный Йорик! – вздохнул глава первой власти. - Я знал его, это был человек с бесконечным юмором и  дивною  фантазиею.